Известные русские эмигранты первой половины 19 века. Волны русской эмиграции. Русская военная эмиграция

Что стало с русскими из первой волны эмиграции

Известные русские эмигранты первой половины 19 века. Волны русской эмиграции. Русская военная эмиграция

Первая волна русских эмигрантов, покинувших Россию после Октябрьской революции, имеет наиболее трагичную судьбу. Сейчас живет уже четвертое поколение их потомков, которое в значительной степени утратило связи со своей исторической родиной.

Неизвестный материк

Русская эмиграция первой послереволюционной войны, называемая еще белой, — явление эпохальное, не имеющее аналогов в истории не только по своим масштабам, но и по вкладу в мировую культуру. Литература, музыка, балет, живопись, как и многие достижения науки XX века, немыслимы без русских эмигрантов первой волны.

Это был последний эмиграционный исход, когда за рубежом оказались не просто подданные Российской империи, а носители русской идентичности без последующих «советских» примесей. Впоследствии ими был создан и обжит материк, которого нет ни на одной карте мира, — имя ему «Русское зарубежье».

Основное направление белой эмиграции — это страны Западной Европы с центрами в Праге, Берлине, Париже, Софии, Белграде. Значительная часть осела в китайском Харбине — здесь к 1924 году начитывалось до 100 тыс.

русских эмигрантов. Как писал архиепископ Нафанаил (Львов), «Харбин был исключительным явлением в то время.

Построенный русскими на китайской территории, он оставался типичным русским провинциальным городом в течение ещё 25 лет после революции».

По подсчетам американского Красного Креста, на 1 ноября 1920 года общее количество эмигрантов из России составляло 1 млн 194 тыс. человек. Лига Наций приводит данные по состоянию на август 1921 года — 1,4 млн беженцев. Историк Владимир Кабузан число эмигрировавших из России в период с 1918-го по 1924 годы оценивает минимум в 5 млн человек.

Кратковременная разлука

Эмигранты первой волны не рассчитывали провести в изгнании всю свою жизнь. Они ожидали, что вот-вот советский режим рухнет и они вновь смогут увидеть родину. Подобными настроениями и объясняется их противодействие ассимиляции и намерение ограничить свою жизнь рамками эмигрантской колонии.

Публицист и эмигрант первой воны Сергей Рафальский по этому поводу писал: «Как-то стерлась в зарубежной памяти и та блестящая эпоха, когда эмиграция еще пахла пылью, порохом и кровью донских степей, а ее элита по любому звонку в полночь могла представить на смену “узурпаторам” и полный комплект Совета министров, и необходимый кворум Законодательных палат, и Генеральный штаб, и корпус жандармов, и Сыскное отделение, и Торговую палату, и Священный Синод, и Правительствующий Сенат, не говоря уже о профессуре и представителях искусств, в особенности литературы».

В первой волне эмиграции помимо большого количества культурных элит российского дореволюционного общества была значительная доля военных. По данным Лиги Наций, около четверти всех послереволюционных эмигрантов принадлежали к белым армиям, покинувшим Россию в разное время с разных фронтов.

Европа

На 1926 год в Европе, по данным Службы по делам беженцев Лиги Наций, официально были зарегистрированы 958,5 тысячи русских беженцев. Из них порядка 200 тыс. приняла Франция, около 300 тыс. — Турецкая Республика. В Югославии, Латвии, Чехословакии, Болгарии и Греции приблизительно проживали по 30-40 тыс. эмигрантов.

Первые годы роль перевалочной базы русской эмиграции играл Константинополь, однако со временем его функции перешли другим центрам — Парижу, Берлину, Белграду и Софии. Так, по некоторым данным, в 1921 году русское население Берлина достигало 200 тыс. человек — именно оно в первую очередь пострадало от экономического кризиса, и к 1925 году там остались не более 30 тыс. человек.

На главные роли центров русской эмиграции постепенно выдвигаются Прага и Париж, в частности, последний справедливо считают культурной столицей эмиграции первой волны.

Особое место среди парижских эмигрантов играло Донское войсковое объединение, председателем которого был один из лидеров белого движения Венедикт Романов.

После прихода в 1933 году к власти в Германии национал-социалистов и особенно во время Второй мировой войны резко увеличился отток русских эмигрантов из Европы в США.

Китай

Накануне революции численность российской диаспоры в Маньчжурии достигала 200 тыс. человек, после начала эмиграции она увеличилась еще на 80 тысяч. На протяжении всего периода Гражданской войны на Дальнем Востоке (1918-1922 годы) в связи с мобилизацией началось активное перемещение русского населения Маньчжурии.

После поражения белого движения эмиграция в Северный Китай резко усилилась. К 1923 году количество русских здесь оценивалось приблизительно в 400 тыс. человек. Из этого числа около 100 тыс. получили советские паспорта, многие из них решили репатриироваться в РСФСР. Свою роль здесь сыграла амнистия, объявленная рядовым участникам белогвардейских соединений.

Период 1920-х годов был отмечен активной реэмиграцией русских из Китая в другие страны. Особенно это затронуло молодежь, направлявшуюся на обучение в университеты США, Южной Америки, Европы и Австралии.

Лица без гражданства

15 декабря 1921 года в РСФСР был принят декрет, согласно которому многие категории бывших подданных Российской империи лишались прав на российское гражданство, в том числе пробывшие за границей беспрерывно свыше 5 лет и не получившие своевременно от советских представительств заграничных паспортов или соответствующих удостоверений.

Так многие российские эмигранты оказались лицами без гражданства. Но их права продолжали защищать прежние российские посольства и консульства по мере признания соответствующими государствами РСФСР, а затем СССР.

Целый ряд вопросов, касающихся российских эмигрантов, можно было решить только на международном уровне. С этой целью Лига Наций приняла решение ввести должность верховного комиссара по делам русских беженцев. Им стал знаменитый норвежский полярный исследователь Фритьоф Нансен.

В 1922 году появились специальные «нансеновские» паспорта, которые выдавались русским эмигрантам.

Вплоть до конца XX века в разных странах оставались эмигранты и их дети, жившие с «нансеновскими» паспортами.

Так, старейшина русской общины в Тунисе Анастасия Александровна Ширинская-Манштейн получила новый российский паспорт только в 1997 году.

«Я ждала русского гражданства. Советское не хотела. Потом ждала, когда паспорт будет с двуглавым орлом — посольство предлагало с гербом интернационала, я дождалась с орлом. Такая я упрямая старуха», — признавалась Анастасия Александровна.

Судьбы эмиграции

Многие деятели отечественной культуры и науки встретили пролетарскую революцию в расцвете сил. За границей оказались сотни ученых, литераторов, философов, музыкантов, художников, которые могли составить цвет советской нации, но в силу обстоятельств раскрыли свой талант только в эмиграции.

Но подавляющая часть эмигрантов вынуждена была устраиваться шоферами, официантами, мойщиками посуды, подсобными рабочими, музыкантами в маленьких ресторанчиках, тем не менее продолжая считать себя носителями великой русской культуры.

Пути русской эмиграции были различны. Некоторые изначально не прияли советскую власть, другие насильно были высланы за рубеж. Идеологический конфликт, по сути, расколол русскую эмиграцию. Особенно остро это проявилось в годы Второй мировой войны.

Часть русской диаспоры считала, что ради борьбы с фашизмом стоило пойти на союз с коммунистами, другая — отказывалась поддерживать оба тоталитарных режима. Но были и те, кто готов был воевать против ненавидимых Советов на стороне фашистов.

Белоэмигранты Ниццы обратились к представителям СССР с петицией: «Мы глубоко скорбели, что в момент вероломного нападения Германии на нашу Родину были физически лишены возможности находиться в рядах доблестной Красной Армии. Но мы помогали нашей Родине работой в подполье».

А во Франции, по подсчетам самих эмигрантов, каждый десятый представитель Движения Сопротивления был русскими.

Растворяясь в чужой среде

Первая волна русской эмиграции, пережив пик в первые 10 лет после революции, в 1930-х годах пошла на убыль, а к 1940-м и вовсе сошла на нет. Многие потомки эмигрантов первой волны уже давно забыли о своей прародине, но заложенные когда-то традиции сохранения русской культуры во многом живы и по сей день.

Потомок знатной фамилии граф Андрей Мусин-Пушкин с грустью констатировал: «Эмиграция была обречена на исчезновение или ассимиляцию.

Старики умерли, молодые постепенно растворились в местной среде, превращаясь во французов, американцев, немцев, итальянцев… Иногда кажется, от прошлого остались лишь красивые, звучные фамилии и титулы: графы, князья, Нарышкины, Шереметьевы, Романовы, Мусины-Пушкины».

Так, в транзитных пунктах первой волны русской эмиграции уже никого не осталось в живых. Последней была Анастасия Ширинская-Манштейн, которая в 2009 году скончалась в тунисской Бизерте.

Сложной была и ситуация с русским языком, который на рубеже XX и XXI веков в русском зарубежье оказался в неоднозначном положении. Живущая в Финляндии профессор русской литературы Наталья Башмакова — потомок эмигрантов, бежавших из Петербурга в 1918 году, — отмечает, что в некоторых семьях русский язык живет даже в четвертом поколении, в других — умер много десятилетий назад.

«Проблема языков для меня лично горестна, — говорит ученый, — так как эмоционально чувствую лучше русский, но не всегда уверена в употреблении каких-то выражений, шведский сидит во мне глубоко, но, конечно, я сейчас его подзабыла. Эмоционально он мне ближе финского».

В австралийской Аделаиде сегодня живет немало потомков эмигрантов первой волны, которые покинули Россию из-за большевиков. Они до сих пор носят русские фамилии и даже русские имена, но родным языком для них уже является английский. Их родина — Австралия, эмигрантами себя они не считают и мало интересуются Россией.

Больше всего тех, кто имеет русские корни, в настоящее время проживает в Германии — около 3,7 млн человек, в США — 3 млн, во Франции — 500 тыс., в Аргентине — 300 тыс., в Австралии — 67 тыс. Здесь перемешались несколько волн эмиграции из России. Но, как показали опросы, потомки первой волны эмигрантов в наименьшей степени ощущают связь с родиной своих предков.

Источник: https://weekend.rambler.ru/read/41482473-chto-stalo-s-russkimi-iz-pervoy-volny-emigratsii/

Первая волна русской эмиграции: причины, представители, судьбы людей

Известные русские эмигранты первой половины 19 века. Волны русской эмиграции. Русская военная эмиграция

Первая волна русской эмиграции – это явление, ставшее следствием Гражданской войны, которая началась в 1917 году и продолжалась почти шесть лет. Родину покидали дворяне, военные, фабриканты, интеллигенция, духовенство и государственные служащие. Из России в период 1917-1922 годов выехало более двух миллионов человек.

Причины первой волны русской эмиграции

Люди покидают свою родину по экономическим, политическим, социальным причинам. Миграция — процесс, который в разной степени происходил во все времена. Но характерен он прежде всего для эпохи войн и революций.

Первая волна русской эмиграции — явление, аналога которому нет в мировой истории. Пароходы были переполнены. Люди были готовы терпеть невыносимые условия, лишь бы покинуть страну, в которой победили большевики.

После революции члены дворянских семей подверглись репрессиям. Те, что не успели убежать за границу, погибли.

Были, конечно, исключения, например, Алексей Толстой, которому удалось подстроиться под новый режим. Дворяне, не успевшие либо не пожелавшие уезжать из России, меняли фамилии, скрывались.

Одним удавалось прожить под чужим именем много лет. Другие, будучи разоблачены, попадали в сталинские лагеря.

Начиная с 1917-го, Россию покидали писатели, предприниматели, художники. Есть мнение, что европейское искусство XX века немыслимо без русских эмигрантов. Судьбы людей, оторванных от родной земли, были трагичны. Среди представителей первой волны русской эмиграции немало всемирно известных писателей, поэтов, ученых. Но признание не всегда приносит счастье.

Какова причина первой волны русской эмиграции? Новая власть, которая проявляла симпатию к пролетариату и ненавидела интеллигенцию.

Среди представителей первой волны русской эмиграции не только творческие люди, но и предприниматели, которым удалось сколотить состояния собственным трудом. Среди фабрикантов были и те, что сперва радовались революции. Но недолго. Вскоре они поняли, что и им нет места в новом государстве. Фабрики, предприятия, заводы были в Советской России национализированы.

В эпоху первой волны русской эмиграции судьбы обычных людей мало кого интересовали. Не волновала новую власть и так называемая утечка мозгов.

Люди, оказавшиеся у руля, полагали, что для того чтобы создать новое, следует разрушить все старое. Советскому государству не нужны были талантливые писатели, поэты, художники, музыканты.

Появились новые мастера слова, готовые донести до народа новые идеалы.

Рассмотрим более подробно причины и особенности первой волны русской эмиграции. Краткие биографии, представленные ниже, создадут полную картину явления, имевшее страшные последствия как для судеб отдельных людей, так и для всей страны.

Знаменитые эмигранты

Русские писатели первой волны эмиграции — Владимир Набоков, Иван Бунин, Иван Шмелев, Леонид Андреев, Аркадий Аверченко, Александр Куприн, Саша Черный, Тэффи, Нина Берберова, Владислав Ходасевич. Ностальгией пронизаны произведения многих из них.

После Революции родину покинули такие выдающиеся деятели искусства, как Федор Шаляпин, Сергей Рахманинов, Василий Кандинский, Игорь Стравинский, Марк Шагал. Представителями первой волны русской эмиграции являются также авиаконструктор Игорь Сикорский, инженер Владимир Зворыкин, химик Владимир Ипатьев, ученый-гидравлик Николай Федоров.

Иван Бунин

Когда речь идет о русских писателях первой волны эмиграции, его имя вспоминают в первую очередь. Октябрьские события Иван Бунин встретил в Москве. Вплоть до 1920 года он вел дневник, который позже опубликовал под названием “Окаянные дни”. Писатель не принял советскую власть.

По отношению к революционным событиям Бунина нередко противопоставляют Блоку. В своем автобиографическом произведении последний русский классик, а именно так называют автора “Окаянных дней”, полемизировал с создателем поэмы “Двенадцать”.

Критик Игорь Сухих сказал: “Если Блок в событиях 1917-го услышал музыку революции, то Бунин – какофонию бунта”.

До эмиграции писатель некоторое время прожил с женой в Одессе. В январе 1920 года они поднялись на борт парохода “Спарта”, который отправлялся в Константинополь. В марте Бунин был уже в Париже – в городе, в котором провели последние свои годы многие представители первой волна русской эмиграции.

Судьбу писателя нельзя назвать трагической. В Париже он много работал, и именно здесь написал произведение, за которое получил Нобелевскую премию.

Но самый известный цикл Бунина – “Темные аллеи” – пронизан тоской по России.

Все же предложение о возвращении на Родину, которое получили многие русские эмигранты после Второй мировой войны, он не принял. Умер последний русский классик в 1953 году.

Иван Шмелев

Далеко не все представители интеллигенции услышали в дни октябрьских событий “какофонию бунта”. Многие воспринимали революцию как победу справедливости, добра. Октябрьским событиям первое время радовался и Иван Шмелев.

Однако совсем быстро разочаровался в тех, кто оказался у власти. А в 1920 году произошло событие, после которого писатель не мог уже верить в идеалы революции.

Единственный сын Шмелева – офицер царской армии – был расстрелян большевиками.

В 1922 году писатель с женой покинул Россию. К тому времени Бунин уже был в Париже и в переписке не раз обещал оказать ему помощь. Несколько месяцев Шмелев провел в Берлине, затем уехал во Францию, где провел остаток жизни.

Последние годы один из величайших русских писателей провел в нищете. Он умер в возрасте 77 лет. Похоронен, как и Бунин, на Сент-Женевьев-де-Буа. На этом парижском кладбище нашли последнее пристанище знаменитые писатели, поэты — Дмитрий Мережковский, Зинаида Гиппиус, Тэффи.

Леонид Андреев

Этот писатель сперва принял революцию, но позже изменил свои взгляды. Последние произведения Андреева проникнуты ненавистью к большевикам. В эмиграции он оказался после отделения Финляндии от России. Но за границей прожил недолго. В 1919 году Леонид Андреев умер от сердечного приступа.

Могила писателя находится в Санкт-Петербурге, на Волковском кладбище. Прах Андреева был перезахоронен спустя тридцать лет после его смерти.

Владимир Набоков

Писатель происходил из богатой аристократической семьи. В 1919 году, незадолго до захвата Крыма большевиками, Набоковы покинул Россию навсегда. Им удалось вывести часть фамильных драгоценностей, что спасло от нищеты и голода, на которые обречены были многие русские эмигранты.

Владимир Набоков окончил Кембриджский университет. В 1922 году переехал в Берлин, здесь зарабатывал на жизнь уроками английского. Иногда публиковал свои рассказы в местных газетах. Среди героев Набокова немало русских эмигрантов (“Защита Лужина”, “Машенька”).

В 1925 году Набоков женился на девушке из еврейско-русской семьи. Она работала редактором. В 1936-м была уволена – началась антисемитская кампания.

Набоковы уехали во Францию, поселились в столице, часто бывали в Ментоне и Канне. В 1940 году им удалось бежать из Парижа, который уже спустя несколько недель после их отъезда был оккупирован немецкими войсками.

На лайнере Champlain русские эмигранты достигли берегов Нового Света.

В Соединенных Штатах Набоков читал лекции. Писал он как на русском, так и на английском. В 1960 году вернулся в Европу, поселился в Швейцарии. Русский писатель скончался в 1977 году. Могила Владимира Набокова находится на кладбище в Кларане, расположенном в Монтре.

Александр Куприн

После окончания Великой Отечественной войны началась волна реэмиграции. Тем, кто покинул Россию в начале двадцатых, обещали советские паспорта, работу, жилье и прочие блага. Однако многие эмигранты, возвратившиеся на Родину, стали жертвами сталинских репрессий. Куприн вернулся еще до войны. Его, к счастью, не постигла участь большинства эмигрантов первой волны.

Александр Куприн уехал сразу же после Октябрьского переворота. Во Франции первое время занимался в основном переводами. В Россию вернулся в 1937 году.

Куприн был известен в Европе, с ним не могли советские власти поступить так, как они поступали с большей частью белых эмигрантов. Однако писатель, будучи к тому времени больным и старым человеком, стал инструментом в руках пропагандистов.

Из него сделали образ раскаявшегося писателя, который вернулся, дабы воспеть счастливую советскую жизнь.

Александр Куприн умер в 1938 году от онкологического заболевания. Похоронен на Волковском кладбище.

Аркадий Аверченко

До революции жизнь писателя складывалась замечательно. Он был главным редактором юмористического журнала, который пользовался огромной популярностью. Но в 1918 году все резко изменилось. Издательство было закрыто.

Аверченко занял отрицательную позицию по отношению к новой власти. С трудом ему удалось добраться до Севастополя – города, в котором он родился и провел ранние годы.

Писатель уплыл в Константинополь на одном из последних пароходов за несколько дней до того, как Крым был взят красными.

Сперва Аверченко жил в Софии, затем в Белгороде. В 1922 году уехал в Прагу. Жить вдали от России ему было сложно. Большая часть произведений, написанных в эмиграции, пронизана тоской человека, вынужденного жить вдали от Родины и лишь изредка слышать родную речь. Впрочем, в Чехии он быстро приобрел популярность.

В 1925 году Аркадий Аверченко заболел. Несколько недель провел в Пражской городской больнице. Умер 12 марта 1925 года.

Тэффи

Русская писательница первой волны эмиграции покинула Родину в 1919 году. В Новороссийске она села на пароход, который отправлялся в Турцию. Оттуда добралась до Парижа. Три года Надежда Лохвицкая (таково настоящее имя писательницы и поэтессы) прожила в Германии. За границей она печаталась, уже в 1920-м организовала литературный салон. Тэффи умерла в 1952 году в Париже.

Нина Берберова

В 1922 году вместе с мужем, поэтом Владиславом Ходасевичем, писательница уехала из Советской России в Германию. Здесь они провели три месяца. Жили в Чехословакии, в Италии и с 1925-го – в Париже.

Берберова публиковалась в эмигрантском издании “Русская мысль”. В 1932 году писательница развелась с Ходасевичем. Спустя 18 лет уехала в США. Жила в Нью-Йорке, где издала альманах “Содружество”.

С 1958 года Берберова преподавала в Йельском университете. Умерла в 1993-м.

Саша Черный

Настоящее имя поэта, одного из представителей Серебряного века – Александр Гликберг. Он эмигрировал в 1920 году. Жил в Литве, Риме, Берлине. В 1924 году Саша Черный уехал во Францию, где провел последние годы. В местечке Ла Фавьер у него был дом, куда нередко съезжались русские художники, писатели, музыканты. Саша Черный умер от сердечного приступа в 1932 году.

Федор Шаляпин

Знаменитый оперный певец покинул Россию, можно сказать, не по своей воле. В 1922 году он находился на гастролях, которые, как показалось властям, затянулись. Длительные выступления в Европе и США вызвали подозрения. Тут же отреагировал Владимир Маяковский, написав гневное стихотворение, в котором были такие слова: “Я первый крикну – обратно катить!”.

В 1927 году певец пожертвовал сборы от одного из концертов в пользу детей русских эмигрантов. В Советской России это восприняли как поддержку белогвардейцев. В августе 1927 года Шаляпина лишили советского гражданства.

В эмиграции он много выступал, даже снялся в фильме. Но в 1937-м у него обнаружили лейкоз. 12 апреля того же года знаменитый русский оперный певец скончался. Похоронен на парижском кладбище Батиньоль.

Источник: https://FB.ru/article/379609/pervaya-volna-russkoy-emigratsii-prichinyi-predstaviteli-sudbyi-lyudey

Места эмиграции русских в XIX веке

Известные русские эмигранты первой половины 19 века. Волны русской эмиграции. Русская военная эмиграция

До середины XIX века эмиграция была явлением редким и за пределами России не существовало большой русской диаспоры со своей инфраструктурой, научными учреждениями, музеями, редакциями газет и журналов, частными архивами и архивами эмигрантских организаций. История российской эмиграции как массового явления начинается с середины XIX века.

Дореволюционную эмиграцию, в отличие от последующей, не принято делить на волны. При ее классификации хронологический принцип не является определяющим. В эмиграции второй половины XIX- начала XX вв. различают следующие крупные группы: трудовая, религиозная, еврейская, политическая.

С понятием «эмиграция» тесно связаны поездки и длительное проживание за границей представителей дворянских, научных и других состоятельных слоев дореволюционной России. В последней трети XIX века Париж превратился в крупный центр русской политической эмиграции, сюда не пускали только представителей крайних экстремистских течений.

Прививка многовековой культуры воспитала во французах терпимость по отношению к представителям иной национальности, веры, политических взглядов. Демографический кризис последней трети XIX — начала XX вв. делал французские власти снисходительными к иностранцам.

Русские пользовались их особой благосклонностью со времени наметившегося в последней трети XIX века политического сближения, завершившегося в 1893 году заключением русско-французского военно-политического союза. В Париже жили декабрист Н. И. Тургенев, народоволец П. Л. Лавров, анархисты Л. И. Мечников, П. А. Кропоткин, И. Е. Деникер, а также русские иезуиты.

Все они пришли в открытое столкновение с властью или с господствующей религией. Они были лишены гражданских и имущественных прав и заочно изгнаны из страны. Возвращение на родину сулило арест, каторгу и ссылку.

Помимо политических, в Париж устремились эмигранты научные.

Число русских исследователей в Париже в XIX веке сравнительно невелико, но среди них блистают звезды первой величины: географ-путешественник Петр Александрович Чихачев, этнограф и востоковед Николай Владимирович Ханыков, химик Владимир Федорович Лугинин, биолог Илья Ильич Мечников, физиолог Илья Фаддеевич Цион, географ Михаил Иванович Венюков.

Фотография сотрудников Института Пастера в Париже. В центре: И. И. Мечников

Русские эмигранты были одними из тех, кто изменил мнение образованных европейцев и снял клеймо подражательности и примитивности с русской культуры, а со своего народа печать грубой силы, рабской покорности, нравственной низости, двуличия и лживости, а именно таким он часто представал в сочинениях западных путешественников. Эмигранты стали проводниками культуры и интересов России за рубежом.

Русские эмигранты стали членами многочисленных научных обществ и академий Западной Европы; двое, Чихачев и Мечников, удостоились редкой для иностранцев чести избрания в Парижскую академию наук, став членами Института Франции — сообщества пяти французских академий. В состав Института Франции в качестве члена Академии нравственных и политических наук вошел юрист и социолог М. М. Ковалевский.

Политические эмигранты из России в XIX веке стремились в Швейцарию. Политическая эмиграция — явление сложное, многообразное, включающее в себя весь спектр общественной жизни дореволюционной России.

Традиционные принципы деления течений политической эмиграции на консервативное, либеральное, социалистическое или дворянскую, разночинную, пролетарскую эмиграцию и т. д. не отражают всего спектра российской политической эмиграции. Весьма условно можно выделить в истории политической эмиграции до 1917 года два этапа: 1.

Народнический, ведущий свое начало от эмиграции в 1847 году А. И. Герцена и заканчивающийся в 1883 году с образованием в Женеве группы «Освобождение труда» объединившей первых русских марксистов эмигрантов. 2. Пролетарский с 1883 года по 1917 год.

Для первого народнического этапа характерно отсутствие политических партий с четко выраженной структурой и немногочисленность политических эмигрантов. В основном, это народовольцы. Второй этап истории политической эмиграции характерен образованием огромного количества различных групп, обществ и партий политических эмигрантов.

Так же отличает второй этап от первого его относительная массовость — колонии русских эмигрантов, редакции органов печати, партийные органы образовались в это время во всех крупных городах Европы (основными центрами российской эмиграции являлись Женева — в ней на протяжении 1855−1917 гг. издавалось 109 российских периодических изданий, Париж — 95, Лондон — 42).

К началу ХХ века за пределами России действовало более 150 российских политических партий.

Важным событием в истории российской политической эмиграции было создание в 1870 году группой эмигрантов во главе с Утиным в Женеве русской секции Интернационала.

В 1887 году политическими эмигрантами для издания произведений социально-революционного характера был организован в Цюрихе «Социалистический литературный фонд». В соответствии с уставом это была беспартийная организация, с главной целью разъяснения основ научного социализма. Руководителем Фонда был П. Л. Лавров, который являлся и экспертом предлагаемых к изданию документов. На средства Фонда были изданы: «Исторические письма П. Л. Лаврова», работы Г. В. Плеханова и др.

Группа «Освобождение труда»

Начало второго или «пролетарского» этапа складывания российской политической эмиграции до 1917 года связано с образованием в 1883 году в Женеве группы «Освобождение труда». У ее истоков стояли бывшие лидеры народнического движения: Г. В. Плеханов — участник организации «Земля и воля» и лидер «Черного передела», П. Б.

Аксельрод — соратник Плеханова по «Черному переделу», бывший главный редактор бакунинской газеты «Община», землеволец В. Н. Игнатов и другие. Группа положила начало марксистскому направлению в истории политической эмиграции. За рубежом участники группы «Освобождение труда» издавали «Библиотеку современного социализма» и «Рабочую библиотеку».

Деятельностью группы «Освобождение труда» было подготовлено и образование в 1898 году и окончательное оформление в 1903 году РСДРП, причем в образование РСДРП большую роль сыграли члены группы «Освобождение труда» Плеханов, Аксельрод, Засулич.

РСДРП создала наибольшую, по сравнению с другими эмигрантскими партиями и объединениями, инфраструктуру партийных организаций и групп за рубежом.

Конечно, в Швейцарии жили не только политические эмигранты из России. Самым «русским» городом Швейцарии была Жененва. В 1854 году там была официально создана первая русская православная община.

Во второй половине XIX века все возраставшее количество русских поставило вопрос о строительстве православного храма. Инициатором постройки был протоиерей Петров, служивший в церкви при российской миссии. Большую сумму на возведение храма завещала первая жена цесаревича Константина Павловича великая княгиня Анна Федоровна.

В 1862 году власти Женевы безвозмездно выделили в вечное владение православной общине участок земли для строительства церкви, и в 1863—1869 годах здесь по проекту петербургского архитектора Д. И. Гримма был воздвигнут Крестовоздвиженский храм.

3Лондон

В XIX веке в Лондоне также нашли приют многие политические русские эмигранты. Они не только вызывали сочувствие у жителей британской столицы, но и сумели увлечь своими революционными идеалами многих представителей западноевропейской интеллигенции.

С начала 1850-х по 1865 год наиболее заметной и колоритной личностью среди русской колонии британской столицы был писатель, публицист, философ, революционер Александр Иванович Герцен.

В Лондоне проживал и близкий друг Герцена, поэт, публицист, революционный деятель Николай Платонович Огарев вместе с супругой Наталией Алексеевной Тучковой.

Герцен и Огарев. 1861 год

В 1853 году Герцен в Лондоне основал «Вольную русскую типографию», начал издавать совместно с Н. П. Огаревым газету «Колокол» и альманах «Полярная звезда», которые стали рупором протеста, их влияние на революционное движение в России было огромным. Герцен содействовал созданию народнической организации «Земля и воля».

В 1891 году в Лондоне революционером-народником Сергеем Михайловичем Кравчинским (псевдоним — Степняк) был основан «Фонд Вольной Русской Прессы», который занимался изданием пропагандистской литературы, запрещенной в России.

Активнейшими сотрудниками Фонда стали русские революционеры Петр Алексеевич Кропоткин и Николай Васильевич Чайковский.

4США

За период с 1861 по 1915 гг. в страны Нового света, в основном в США, из России эмигрировало 3 млн 978 тыс. человек. В основном это были безземельные крестьяне, ремесленники, неквалифицированные рабочие. Большинство из них не было этническими русскими. Более 40% эмигрантов составляли евреи.

В США еврейские эмигранты заселяли, в основном, штаты Северной Атлантики, в первую очередь, Нью-Йорк, Нью-Джерси и Пенсильванию. Политическая эмиграция в США тое существовала. В 70-е годы ХIХ века народовольцы стали проникать и в Америку. В 70-х годах там уже существовало несколько кружков и общин русских революционных эмигрантов (коммуна Фрея, Г.

 А. Мачтета и др.). Примечательной личностью среди русских эмигрантов в Америке был бывший иеродиакон российской миссии в Афинах, затем сотрудник Вольной типографии Герцена и с 1864 эмигрант в США — Агапий Гончаренко. Он же считается родоначальником русской прессы в Америке.

Первым же политическим эмигрантом в США был полковник генерального штаба И. В. Турчанинов, эмигрировавший в США в 1856 году. Впоследствии он вошел в историю Америки как один из героев войны между Севером и Югом, в которой он принимал участие на стороне северян, командуя полком.

До начала 1880-х годов число русских политических эмигрантов в Америке было крайне незначительно. Усилился поток политических эмигрантов после воцарения Александра III. Среди российских политических эмигрантов в США этого периода можно назвать Н. К. Судзиловского, Н. Алейникова, П. М. Фёдорова, В. Л. Бурцева и других.

В 1893 году после заключения договора между правительствами США и России о выдаче политических эмигрантов многие российские эмигранты вынуждены были выехать из США либо принять американское гражданство.

Для политической эмиграции в США, как и для всей политической эмиграции, характерно постепенное отступление на задний план его народнической составляющей и к началу 1890-х годов полное доминирование социал-демократов. В частности, в 1890-х годах в Нью-Йорке активно действовало Русское социал-демократическое общество, в Чикаго — группа русских социал-демократов.

Источник: https://diletant.media/excursions/37173330/

Закон
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: